English  Русский 
Каталог
Валюта:

Обо мне

Такими были мои родители, когда поженились (1972 год)Я родилась на севере Донбасса, в индустриальном городе Краматорске, в декабре 1973 года. Писать начала лет с шести: сначала – стихи без рифмы, потом прозу. Уже с четвертого класса меня увлек «крупный жанр» -- исторические повествования довольно большого объема, с обилием приключений и влюбленностей. Рассказов, мелких повестей никогда почему-то не писала и даже не умею писать… Думаю, истоки этого – в сказках, которые рассказывал мне отец, когда я была ребенком. С младенчества и лет до 5  я чуть ли не каждый вечер слушала бесконечный сказочный «сериал» в его исполнении. Приходя с работы, он предлагал мне новую серию собственного сочинения. К сожалению, я не запомнила ни одного сюжета. Вспоминается только, что отталкивался он от известных сказок, а дальше сочинял сам – красочно, неутомимо. Я заслушивалась… и ела (засыпала, собирала игрушки – нужное подчеркнуть). Литературный дар, вероятно, передался мне тоже от папы. Он писал исторические романы на украинские темы: восстание Богдана Хмельницкого, события второй мировой на Западной Украине.

Такими были мои родители,
когда поженились (1972 год).

Никогда не печатался, но находил время для литературных занятий даже при том, что научная карьера (он был инженером-металлургом, изобретателем сталей) забирала много сил, интриги на работе выматывали, а бремя обеспечения семьи, в которой было трое детей, лежало в основном на нем. Единственным напечатанным его трудом стала «Термическая обработка металлов». Произведения художественного толка остались в рукописях, и я храню их до сих пор.

Отец за рабочим столом

Папа был родом с Западной Украины. В 1947 году 18-летним студентом был репрессирован вместе с семьей и выслан НКВД на Урал «на вечное поселение». Ценой невероятных усилий отвоевал себе право вновь учиться в вузе (из первого вуза, во Львове, его исключили в связи с депортацией), иметь паспорт, не являться каждую неделю отмечаться в милиции… На борьбу с несправедливостью ушло целое десятилетие, в итоге для создания карьеры потребовалось втрое больше усилий, чем надо было бы, если б в жизнь не вмешался сталинский Молох. Здоровье папы было подорвано с молодости,  судьба пошла зигзагом Украина—Урал—Донбасс, вдобавок до самого конца работы в научно-исследовательском институте он находился под пристальным наблюдением КГБ…
Отец за рабочим столом.

Удивительно, что он не замкнулся и не озлобился, нашел силы создать прекрасную семью, окружить детей и жену заботой. Отец вспоминается мне как человек неиссякаемой душевной теплоты, инициативный, предприимчивый, добрый, веселый, легкий на подъем энтузиаст.

Мама возвращается из школы, где работает учительницей. Краматорск, 1972 год.Мама родилась в Курской области, в этнически украинской семье, но провела там только раннее детство – бабушка забрала ее с собой, когда ехала на заработки в Новгородскую область России, там мама и сформировалась. Познакомились мои родители в Гурзуфе, их роман завязался как классический курортный, однако вылился в серьезное чувство и длительный брак. Мама работала учителем математики, однако на карьере не концентрировалась. Сферой ее интересов была семья и благополучие детей, за что я ей очень благодарна… равно как и за то, что она до сих пор со мной, помогает советом и отрезвляет в трудных случаях своим здравым смыслом, с пеленок воспитывает (разумеется, не одна, а со мной) мою дочку Настю.

Мама возвращается из школы, где работает учительницей.
Краматорск, 1972 год.

В подростковом возрасте я очень любила романы Дюма и французские историческо-костюмные фильмы («Зорро», «Горбун», «Тайны парижского двора», «Картуш»). Ленты эти могла пересматривать в кинотеатрах по 10-15 раз, а дома писала по их мотивам наивные зарисовки-сценарии. Дюма был дефицитом, у нас дома, хотя папа и собрал огромную библиотеку, его книг не было, поэтому я брала его романы в библиотеке. Точнее – в читальном зале библиотеки, потому что на руки этого писателя не выдавали. Однако библиотекарши, видя, что я во время летних каникул днями просиживаю в душном зале, имели милосердие и довольно часто позволяли забрать очередной том с собой.

Я никогда (на то время) не бывала во Франции, даже помыслить о таком не смела. Ареал моих путешествий школьного периода не выходил за побережье Черного моря (Сочи) и север России (там жила бабушка). В течение одной из таких поездок к бабушке Полине, в июне 1989 года, мне приснился сон… сюжет которого в сжатом виде напоминал ныне самый известный мой роман-сериал о Сюзанне де Ла Тремуйль де Тальмон. Героиня привиделась ослепительно ярко, вся ее внешность и характер вырисовались уже во сне; так же четко я поняла, что действие романа будет происходить в конце XVIII века, во время Французской революции.

Надо сказать, что я совершенно не интересовалась этим периодом прошлого Франции и знала о нем разве только то, что было в учебниках по зарубежной истории. В памяти зарубцевалась фраза, произнесенная на уроке учительницей: «Робеспьер – это был человек великой души, такие рождаются один раз на столетие…» На тот момент я тоже так думала. Революционеры казались мне положительными героями, сама Французская буржуазная революция – явлением с определенным знаком плюс… К счастью, шел 1989 год, во Франции праздновалось 200-летие взятия Бастилии, а в Советском Союзе, отогретом перестройкой, выплеснулось на головы интересующихся столько запретной ранее информации, что, вернувшись домой, я начала читать без преувеличения горы книг.

Мне пятнадцать с половиной лет. Я начинаю писать Новые источники появлялись как грибы после дождя: переводы, труды современных историков. Вдобавок отец, пользуясь своими старыми научными связями в Ленинской библиотеке Москвы (до появления интернета это была сокровищница знаний, правда, труднодоступная), заказывал мне оттуда совсем уж редкие издания – и мне их присылали в виде микрофильмов. Идеология романа в результате этого поменялась диаметрально: моя героиня стала аристократкой и убежденной роялисткой… В целом я провела за изучением эпохи лет шесть (1989-1995 гг.). Довольно часто мне делают комплимент: мол, романы написаны очень достоверно, складывается впечатление, что автор сама жила в то время… Я воспринимаю эту похвалу как заслуженную, потому что на вживание в эпоху потратила добрый отрезок совсем еще юной жизни.

С 1990 года я стала киевлянкой. Начался этот процесс с момента поступления в вуз – Киевский институт театрального искусства (кинофакультет). Потом личные обстоятельства сложились так, что я осталась в столице Украины на постоянное жительство и даже перевезла сюда родителей.

Мне пятнадцать с половиной лет.
Я начинаю писать "Сюзанну".

Путевку в жизни «Сюзанне» дал Вячеслав Трофимович Кабанов – блестящий московский литератор, главный редактор издательства «Книжная палата». Когда я стала продвигать свое детище на пути к изданию и рассылала свои предложения по всем городам и весям – от Киева до Екатеринбурга, он оказался одним из немногих, кто попросил прислать рукопись. Она называлась тогда «Кружева революции», и я до сих пор помню изящную фразу из его письма: дескать, раз уж у вас есть, уважаемая автор, «кружева», то не могли бы вы показать нам хотя бы их уголок?.. В течение 1994-1996 годов в «Книжной палате» были изданы все восемь томов моего исторического сериала.

Кроме писательства, я много занималась журналисткой деятельностью – сначала из потребности в хлебе насущном, потом из азарта, потому что политическая жизнь, которую приходилось освещать, на каком-то этапе увлекала меня. Однако журналистика – искусство недолговечное. Книги живут десятилетиями даже без всякой рекламы, а статьи умирают через пару дней после публикации.

Моя нынешняя жизнь проходит между Украиной и Францией. Я не так много и не так быстро пишу, как в юности, потому что, с одной стороны, меня ничто не подгоняет, с другой – воспитываю дочь (детей люблю так же, как их любила Сюзанна). Кое-что новое, и совсем не из истории Франции, у меня, дай Бог, появится: это будет историческая сага о знаменитом роде князей Глинских, в частности – о двух блестящих девушках из этого рода, одна из которых стала всесильной султаншей Османской империи, а другая – великой княгиней Московии. Сам замысел я вынашиваю с 1991 года, однако то, что было написано 20 лет назад, нуждается в переосмысливании и доработке.

Я очень благодарна всем, кому нравится «Сюзанна», кто не спит ночами над ее страницами и присылает мне похвальные отзывы. В юности я очень любила любовные романы, и хорошо представляю себе, каково это – в 16-18 лет плакать над судьбой героини, переживать за ее личную жизнь, выстраивая в мечтах что-то такое особенное, захватывающее и волнующее для себя самой… И хотя жизнь оказывается обычно намного прозаичнее и проще романов (за поворот к удручающей психологической реальности меня иногда упрекают, когда читают последние части «Сюзанны»), в юности это очень важно – верить в чудо, в любовь, в высокие чувства, и желать полнокровной необыкновенной жизни.

Спасибо вам всем. Верьте в свою мечту!

(пусто)
 
БЛОГ
Голосование
Вы предпочитаете читать книги:
Работает на основе WebAsyst Shop-Script